Создать PDF Рекомендовать Распечатать

«Тройная спираль» в национальных инновационных системах Китая и России

Инновации.Инвестиции | (114) УЭкС, 8/2018 Прочитано: 2302 раз
(0 Голосов:)
  • Автор (авторы):
    Марина Сергеевна Решетникова
  • Дата публикации:
    21.08.18
  • ВУЗ ИЛИ ОРГАНИЗАЦИЯ:
    Российский Университет Дружбы Народов

«Тройная спираль» в национальных инновационных системах Китая и России

"Triple spiral" in the national innovation systems of China and Russia

Марина Сергеевна Решетникова

Reshetnikova Marina Sergeevna

к.э.н., ст. преподаватель

Российский Университет Дружбы Народов

Аннотация. Инновационная гонка на фоне меняющихся реалий мировой экономики усложняет развитие национальных инновационных систем (НИС) стран с развивающимися рынками. Перед их правительствами стоит задача реализации моделей, обусловливающее переход НИС в саморазвивающееся состояние. На сегодня особый интерес приобрела TripleHelixModel (THmodel) организации инновационных систем. Целью исследования являлось получение доказательства на примере Китая и России возможности реализации элементов THmodel в странах с быстроразвивающимися рынками. В качестве ее элемента рассмотрена форма предпринимательского университета (ПУ). Проанализированы влияние трансформации традиционного университета в предпринимательскую форму на эндогенный рост региона расположения университета. Систематизация большого объема информации, позволила выявить достижения Китая и России на пути реализации элементов THmodel. Определены основные проблемы, мешающие преодолению очагового характера их развития.

Ключевые слова: Модель тройной спирали, национальная инновационная система, Китай, Россия, предпринимательский университет, инновационная среда.

Abstract

The innovative race in addition with the changing realities of the economic environment complicates the development of national innovation systems (NIS) in countries with emerging markets. Their governments face the task of implementing innovative models dedicated to foster the transition of NIS into a self-developing state. Nowadays, a special interest has been acquired by the Triple Helix Model (TH model) in the organization of innovation systems. The aim of the study was to obtain evidence, on the example of China and Russia, of possibility to implement the TH model elements in countries with emerging markets. The form of the entrepreneurial university (EU) is considered as an element of the TH model. The research shows the influence of a traditional university transformation into an entrepreneurial form on the endogenous growth of the university's location region. The systematization of a large amount of information made it possible to identify the achievements of China and Russia in the implementation of the TH model elements. The main problems that prevent overcoming the focal character of their development are identified.

Keywords: Triple-helix model, national innovation system, China, Russia, entrepreneurial university, innovative environment.

1 Введение

         Отрасль знаний сегодня является признанным доминантным источником эндогенного экономического роста. Современные реалии мировой экономики – это глобальные изменения в инновационной системе, где решающая роль принадлежит логике развития науки.

Инновационной перспективой обладают стремительно развивающиеся синтетические направления междисциплинарного характера, прежде всего прорывные НБИК (нано-, био-, инфо- и когнитивные) технологии. Страны - инновационные лидеры, стоят на пороге их промышленной реализации. При этом масштабирование столь различных технологических цепочек приведет к значительному расширению количества участников инновационной деятельности и усложнит взаимоотношения между ними. Результатом станет трансформация существующей инновационной парадигмы. Основным изменениям в ней подвергнется роль государства.

Становится очевидным, что сегодня инновационный успех напрямую связан с последовательным   проведением правительством системных реформ. Их основа - трансформация государственной стратегии в направлении развития равного партнерства государства с другими игроками на инновационном поле, прежде всего, с наукой и бизнесом [1]. В мире уже есть примеры подобных трансформаций, прежде всего в НИС экономически развитых стран, которые содержат центры формирования модели организации инновационной деятельности, основанной на взаимодействии государства, науки и бизнеса.

В современной инноватике эта модель оформилась в виде концепции стратегических инновационных сетей или концепции тройного партнерства TripleHelixModel (THmodel). В ее основе заложено многоуровневое партнерство: университетов (науки), бизнеса и власти (university, business, government) [1]. Биологические аналогии в сочетании с институциальными воззрениям экономистов представили его в виде социальной конструкции в виде спиральной молекулы ДНК. Именно эта конструкция формирует повышенную адаптивность НИС к постоянно изменяющимся внешним воздействиям. Основанная на принципе коллаборации, TH model задает развитие интегрального эффекта непрерывных инновационных обновлений, определенного преимуществом сетевых организаций [2].

До недавнего времени элементы THmodel реализовались только в НИС экономически развитых стран. Однако после кризиса 2008 г. наблюдаются определенные коррективы в инновационном табеле о рангах [3]. Абсолютное пре­восходство лидеров уже не счи­тается бесспорным. Некоторые страны с быстроразвивающимися рынками успешно наращивают свои инновационные позиции. Они все смелее выходят на инновационный рынок. Это в первую очередь касается Китая. И хотя, Россия, к сожалению, пока не входит в число лидеров роста, но в ее НИС наблюдается реализация базисных элементы TH model.

Целью предлагаемого исследования, является получение доказательств, на примере Китая и России, возможности реализации THmodelв странах с быстроразвивающимися рынками. В исследовании проведен анализ развития элементов ТНmodel в НИС Китая и России. Его результаты позволили выявить основные проблемы, мешающие преодолению очагового характера их развития. Кроме этого, предложены стратегические элементы, реализация которых позволит масштабировать элементы   THmodelв НИС.

Данная научная работа,выполненная автором самостоятельно, является эмпирическим исследованием.В ее основе лежат диалектический и системный подходы к изучению экономических процессов и явлений. В процессе выполнения использовались различные проявления метода научной абстракции, а именно методы сравнения и классификации. Информационную базу составили официальные нормативно-правовые акты по вопросам экономического и социального развития Китая и России, официальные статистические данные международных организаций, ежегодные справочники, издаваемые официальными учреждениями, а также электронные ресурсы китайских и российских университетов, статьи и монографии китайских, российских и западных экономистов.

Для облегчения логического понимания представленных материалов, статья разделена на введение и 4 раздела. Второй и третий разделы посвящены анализу элементовTHmodel в НИС Китая и России соответственно. В четвертом разделе представлено обсуждение результатов исследования, проведен сравнительный анализ достижений и причин, тормозящих построение инновационно-ориентированных экономик в этих странах.

2 Формирование инновационного пространства на примере Пекинской экспериментальной зоны развития высоких технологий

Прежде всего, THmodel радикально отличается от линейной модели партнерских отношений науки, бизнеса и государства индустриальной эпохи. Отражается это на функциональной роли акторов инновационной деятельности в экономическом процессе. Лидером в определении направления инновационного развития становиться наука (университеты). Именно высшей школе (ВУЗу), в рамках THmodel отведена ведущая инновационная роль. На практике это выражается в том, что университеты, помимо традиционных компетенций, связанных с образованием и научными исследованиями, становятся источниками эндогенного экономического роста своего региона через создание новых инновационных компаний в университетских инкубаторах. Организационно это проявляется в их трансформации в предпринимательские университеты или университеты промышленного типа (ПУ и УПУ) [2].

Подобные трансформации невозможны без государственного стимулирования. В 1993 г. Правительство Китая запускает государственную программу по масштабной модернизации высшей школы (Программа 211). Она действует и в настоящее время. В ее рамках, к 2016 г. университетам на модернизацию исследовательской базы было выделено около 9,6 млрд $ США.

В 1998 г. в Китае стартует Программа 983. Именно в ней на правительственном уровне впервые вводится определение Предпринимательского университета, как высшего учебного заведения нового типа. Одной из ее задач стало финансовое и юридическое обеспечение формирования Предпринимательских университетов (ПУ).

К 2010 г. в Китае статус Предпринимательского получили и подтвердили на международном уровне 88 университетов [4]. Вокруг каждого из этих ПУ сформировано локализованное «пространство знаний», практически оформленное в форме Технопарков – HighTechnologyIndustrialDevelopmentZone (HTIDZ).

Подтверждением успеха развития элементов THmodel в НИС Китая служит стремительное инновационное развитие Пекинской экспериментальной зоны высоких технологий (Zhongguancun).

2.1 Формирование «пространства знаний» Zhongguancun

Эволюция Zhongguancun, по мнению автора, служит классическим примером инновационного развития по механизму THmodel. Zhongguancun организована в 1988 г. по распоряжению правительства КНР. Решающим при выборе места расположения стало нахождение в непосредственной близости сильнейших вузов Китая: Peking University и Tsinghua University. Именно они, первыми в Китае в 2000 г. подтвердили на международном уровне статус ПУ. Кроме них, в непосредственной близости расположены более ста НИИ и специальных лабораторий Китайской академии наук (САS) в которых на сегодня работает более 400 тыс. специалистов [4].

Подобная концентрация ученых обеспечила формирование первого из сетевых пространств заданных в THmodel- «локализованного пространства знаний», основанного на «критической» концентрации научных коллективов и интеллектуальной деятельности на конкретной территории.

Трансформация PekingUniversity и TsinghuaUniversity в форму ПУ обеспечили стремительную коммерциализацию их деятельности. Если ранее они являлись источником новых кадров и идей для уже существующих фирм, то теперь они стремятся, объединив свои исследовательские и образовательные компетенции, создавать инновационные фирмы новой формации, прежде всего. в сфере R&D. Подтверждением служит ускоряющийся рост инкубирования дочерних наукоемких компаний PekingUniversity (Рисунок 1).

re1

Рисунок 1. Дочерние компании Peking University

Построено автором. Источник: Statistics of University’s Industry in 2016 in China. Ministry of Education, Center for S&T Development, 2016, pp 234.

Пожалуй, самыми коммерчески успешными примерами результатов развития предпринимательской компетенции в области R&Dслужат компании: Lenovo и Tsinghua Tongfang, сформированные при совместном участии сотрудников Института вычислительной технологии CAS и TsinghuaUniversity.В тот же ряд можно поставить китайские биотех фирмы, в частности ShenyangSunshinePharmaceuticalCo.Ltd., BeijingSLPharmaceuticalCo.Ltd. и   AnhuiAnkeBiotechnologyCo.Ltd., созданных исследователями из числа бывших сотрудников PekingUniversity [5].

Развивая свои коммерческие компетенции, университеты Китая значительно нарастили и традиционные образовательные. К 2009 г. Китай занял место мирового лидера в «производстве» выпускников с ученой степенью. Количество выпускников   достигло 21,45 млн человек, что в четыре раза больше, чем в США. Причем, 900 тыс. из них имеют инженерные специальности. Для сравнения, в США эта цифра составляет только 80 тыс. человек. Помимо этого, последовательно пополняется прослойка молодых ученых, инженеров и менеджеров, получивших образование за счет государственных программ в американских, западноевропейских, японских университетах. К 2016 г. она составила уже более 1 млн человек [5]. Наблюдается стремительный рост в инновационном секторе Китая концентрации сотрудников, получивших научные степени. К 2016 г. в Zhongguancun, количество таких сотрудников составило около одного миллиона человек. На каждые 70 сотрудников приходится 1 доктор наук, на каждые 13 сотрудников – 1 магистр. Более, чем двумя тысячами предприятий Zhongguancun руководят граждане Китая, получившие образование и подтвердившие научные степени за счет средств государственного бюджета в США, Европе и Японии.

Не менее важным является нарастающая включенность ученых и специалистов китайских ПУ в глобальную инновационную науку. Подтверждением может служить начавшийся с 2009 г. взрывообразный рост (38%) публикаций китайских авторов в англоязычных журналах. К 2016 г. 20% мировых научных публикаций принадлежит китайским ученым. Улучшилась ситуация и с индексом цитирования, который к 2016 г. составил 4 против 1,2 в 2008 г. Произошло это благодаря лидирующему положению Китая в области исследования новых материалов, химии и машиностроении. В 2015 году индекс Хирша TsinghuaUniversity вырос до 42. Интересным является факт, что первенство в авторстве научных публикаций и участие в научно-технических конференциях принадлежит сотрудникам высшей школы, а не сотрудникам академии наук. Университеты публикуют более 20% всех научных трудов, обеспечивая около 30% цитируемости всех публикаций [5]. Повышение научного инновационного статуса китайских ПУ значительно повысила их коммерческую привлекательность. К 2004 г. на территории Zhongguancun свои R&D центры расположило 23 ведущие международные компании, в которых на всех уровнях задействованы, в основном, китайские специалисты. Все это разрушает сложившийся стереотип китайской науки, как сектора «низкооплачиваемых и низко квалифицированных специалистов».

Подобная ситуация стала стимулом для развития инновационного предпринимательства. Можно утверждать, что начиная с 2004 г. на территории Zhongguancun под влиянием государственной политики началось формирование второго сетевого пространства, - «пространства консенсуса» представителей науки и бизнеса. Подтверждением служит увеличение финансирования R&Dисследований за счет компаний и промышленных предприятий (Таблица 1).

Таблица 1 – Доли основных субъектов инновационной системы Китая в затратах на НИОКР

re2

Построено автором. Источник: Statistics of University’s Industry in China. Ministry of Education. Center for S&T for Development [Электронный ресурс] // URL: http://www.moe.gov.cn. (датаобращения 25.02.2018).

К 2017 г., реализовав тройное партнерство университетов (науки), бизнеса и государства, Zhongguancun развилась в одну из крупнейших высокотехнологичных зон в мире. В ее состав входят 5 технопарков различной инновационной специализации. Научную базу Zhongguancunобеспечивают около 140 вузов, 39 колледжей. Общая численность только студентов превышает 600 тыс. человек [4]. Здесь находится крупнейший в мире хакспейс. По данным отчетов TsinghuaUniversity, в 2016 г. только в высокотехнологичном ITсекторе Zhongguancun было зарегистрировано 2780 бизнес - ангельских сделок, с раскрытым общим объемом инвестиций около 1,5 млрд. $ США (в два раза больше, чем в 2015 г.) [6].

Реализация основных элементов THmodelпозволили Zhongguancun преобразоваться в мощный инновационный центр, конкурирующий по некоторым направлениям с Silicon Valley. По итогам данных, опубликованных ее администрацией, в 2016 г. рост объема валовой продукции высокотехнологичных предприятий составил 6,9 %. Общий доход в 2016 г. составил 58 млрд $ США, что на 14,3% превышает этот показатель за аналогичный период 2014 г., а прибыль увеличилась на 59,2%. Объем экспорта повысился на 20,5% по сравнению с аналогичным периодом 2015 года. Расходы на научные исследования, выделенные фирмами и предприятиями, показав рост на 9,3%, достигли уровня 18,1 млрд долл. США. Только в 2016 г. в Пекинской научной зоне было зарегистрировано 18 000 научно-технологических и более 10 000 высокотехнологичных предприятий, что составило 25% и 20% от объемов по стране соответственно. В Zhongguancun к 2016 г. успешно функционирует более 468 тыс. предприятий малого и среднего бизнеса, получивших государственный статус «Инновационное предприятие» [7].

Все это может служить доказательством, что на современном этапе развития Zhongguancun приступила к формированию третьего сетевого пространства – инновационного, в результате которого и будет достигнут интегральный эффект спирали – непрерывности инновационного процесса.

Инновационный успех Zhongguancun очевиден. Власти Китая последовательно трансформируют элементы государственной инновационной стратегии, адаптируя к национальным реалиям успешные модели управления наукой и техникой, принятые лидерами инновационного развития. Взяв за основу масштабирование высокотехнологичных региональных инновационных кластеров, аналогичных сетевой матрице Silicon Valley, Китай дал старт развитию на территории Zhongguancun многоуровневого партнерства university, business, government. Интересным является факт, что главенствующая роль государства опирается на масштабную инициативу снизу, на основе горизонтальной кооперации науки и бизнеса.

3 Российский опыт реализации TH model

Следует отметить, что масштабы российского опыта трансформации НИС в рамках THmodel выглядят гораздо скромнее. Прежде всего, в силу временного фактора. Существующие в России высокотехнологичные зоны развития значительно уступают по масштабам китайским. Самая большая из них - Народный парк Московского государственного университета (МГУ). В нем работает 120 спин-офф компаний, 35 малых научно-производственных предприятий. В общей сложности в парке задействовано более 1500 работников, в том числе преподаватели, студенты, аспиранты и сотрудники МГУ. В 2016 г. общий объем производимой продукции составил 200 млн $ США. В период 2012- 2015 гг. объем привлеченных инвестиций составил более 900 млн $ США [8].

Результаты исследования показывают, что Россия находится в самом начале трансформации НИС в рамках THmodel. А именно модернизации традиционной высшей школы (университетов) в предпринимательские университеты или университеты промышленного типа.

Начало формированию университетов нового типа было положено в 2009 г. под влиянием принятой Правительством России государственной программы. Теоретическую основу в ней составляли базовые положения THmodel. Прежде всего – главенствующая роль активности науки (университетов) как основного актора инновационного процесса.

В программе Правительства России, назовем ее «Программа 2020», определены основные стратегические приоритеты государственной политики в развитии образования, науки и технологий вплоть до 2020 г.

На сегодняшний день в условиях российских реалий организационно формирование ПУ реализовалось в двух формах - федеральные университеты (ФУ) и национальные исследовательские университеты (НИУ). Юридическая и финансовая основа этого процесса была прописана в Постановлениях Правительства РФ # 217 ¸ 219, последовательно изданных с 2010 по 2012 гг. В их рамках на инновационное реформирование высшей школы (развитие высокотехнологичных старт-ап и спин-офф компаний) к 2015 г. из федерального бюджета было выделено 2,6 млрд $ США [9].

К началу 2017 г. в России статус федерального университета (ФУ) получили 9 региональных университетов. Статус НИУ к 2010 гг. на основании конкурсного отбора получило 27 университетов.

С 2012 г. работает Ассоциация ПУ России. Ее деятельность направлена на развитие эффективных партнерских отношений цепочки университет - государственные органы власти - бизнес. В настоящий момент ее участниками являются 11 университетов, подтвердивших на международном уровне статус ПУ. Лидирующее положение среди них занимают: Московский государственный технический университет (МГТУ им. Н.Э. Баумана), Высшая школа экономики (ВШЭ), Национальный Исследовательский Ядерный университет «МИФИ»; Московский университет (МГУ им. М.В. Ломоносова), Новосибирский государственный университет (НГУ), Томские политехнический университет (ТПУ) и Государственный университет систем управления и радиоэлектроники (ТУСУР), Пермский государственный технический университет (ПГТУ) и Санкт-Петербургские университеты информационных технологий, механики и оптики (СПб ИТМО) и политехнический (СПбПУ).

Очевидно, кластер ПУ занимает достаточно незначительное место в системе российских вузов. В него входит 2,6% от общего числа вузов страны и около 6% от числа вузов, осуществляющих исследовательскую деятельность. В них работает 6,03% численности российского персонала, занятого исследованиями и разработками. Они обучают около 5,3% общей численности студентов и аспирантов.

При этом их вклад в развитие инновационной и научной деятельности значительно выше. Прежде всего, следует отметить рост количества публикаций, индексируемых в международных базах данных Scopus и Web of Science (Рис.2).

re3

Рисунок 2 – Количество публикаций индексируемых в международных базах данных Scopus и Web of Science ведущих российских НИУ в период 2014¸-1016 гг.

Построено автором. Источник: www.mgu.ru, www.tusur.ru,  www.ifmo.ru,  www.eltech.ruwww.hse.ruwww.mipt.ruwww.tpu.ru. (дата обращения 03.02.2018).

Уровень финансирования R&D - исследований по договорам с организациями предпринимательского сектора у НИУ составляет 36,2%, а по России он не превышает 19,5% [10]. Правда, пока 54% затрат на R&D и S&T идет из бюджета. Но и эта цифра меньше, чем у остальных ВУЗов, которая в целом по стране превышает 65% в целом по ВУЗам [10]. В тоже время наблюдается увеличение объема финансирования на научные исследования у НИУ из внебюджетных российских и зарубежных источников (рис.3).

re4

Рисунок 3. Объем финансирования привлеченных российских внебюджетных средств и средств зарубежных источников в инновационные сектора ведущих российских НИУ в период 2014¸ 2015 гг.

Построено автором. Источник: http://vak.ed.gov.ru., www.mgu.ru, www.tusur.ru,  www.ifmo.ru,  www.eltech.ruwww.hse.ruwww.mipt.ru;  www.tpu.ru. (дата обращения 20.02.2018).

Наблюдается последовательный рост количества высокотехнологичных старт-ап и спин-офф компаний на территории университетских HTIDZ. Следует отметить, что это происходит на фоне определенных трудностей в российской экономике.

Особый интерес вызывают успехи ПУ сибирского региона, а именно Томского государственного университета систем управления и радиоэлектроники (ТУСУР) и Томского политехнического университета (ТПУ).

ТУСУР сегодня – крупнейший центр дистанционного образования уральского региона. На его территории в 2010 г. был создан первый в России студенческий бизнес-инкубатор (СБИ «Дружба»). Он является лидером в России по реализации программ инновационного развития, направленных на создание непрерывной системы генерации новых идей, технологий и бизнес-проектов. С 2013 г. начинает функционировать учебно-научно-инновационный комплекс (УНИК) ТУСУРа. Сегодня это более 150 предприятий, возглавляемых его выпускниками, которые производят более 80% наукоемкой продукции Томской области.

Этот успех стал результатом инновационной стратегии, которую разработали преподаватели университета совместно с представителями Ассоциации TripleHelixModel. Она основана на достаточно уникальной образовательной форме – технологии группового проектирования (ТГП). Групповая реализация конкретного проекта, дает возможность студентам выполнять реальные практические производственные задачи. Победившая в конкурсе проектов ГПО, группа имеет возможность продолжить его реализацию в СБИ «Дружба».

К 2016 г. в СБИ «Дружба» зарегистрировано более 40 высокотехнологичных старт-ап и спин-офф компаний в которых работают учащиеся и выпускники ТУСУРа. Лучшие проекты за счёт финансирования Ассоциации выпускников участвуют в международных инвестиционных конкурсах по всему миру от Кремниевой долины (США) до Сингапура. Более того, студенческие старт-ап и спин-офф компании имеют возможность открывать филиалы своих компаний за рубежом. Для реализации этих проектов в рамках УНИК разработана система «мостов передачи технологий и знаний». Одним из примеров может служить международный центр «Калифорния – Томск». Головной офис компании Tomsk Inc., созданной выпускником университета, расположен в Кремниевой долине США [11].

Не менее успешным примером формирования инновационного кластера в сибирском регионе является стратегия Томского политехнического университета (ТПУ). Она основывается на развитии максимально удобной для инновационной деятельности инфраструктуры. Результатом стало формирование территории, обеспечивающей воплощение в жизнь всех этапов R&D – процесса: научный поиск, отбор и доведение результатов до наукоемкого коммерческого продукта.

К 2016 г. ТПУ объединяет 11 научно-образовательных и учебных институтов, созданных в рамках его факультетов. На территории технопарка ТПУ действуют: инновационно-технологический центр, центр трансфера технологий и студенческий бизнес-инкубатор ООО «Технологический инкубатор ТПУ». Именно эти структуры отвечают за коммерциализацию научных разработок. Работает Центр опытного производства, обеспечивающий стратегическое партнерство с 252 предприятиями области.

К 2016 г. на территории технопарка ПТУ зарегистрировано 30 высокотехнологичных стартап и спин-офф компаний. Кроме этого, зарегистрировано 11 технологических платформ для содействия региональному инновационному развитию, работает 4 хакспейса различной исследовательской направленности, успешно функционирует Выставочный центр [12].

К 2016 г. ТПУ участвует в реализации 11 федеральных целевых программ. За период 2012¸2015 гг. суммарный объем выполненных R&D составил более 7,6 млрд. руб. (в 2015 г. – более 2 млрд. руб.). Из них 63% — это заказы как ведущих российских, так и иностранных инновационных корпораций. Сотрудники инновационного кластера ТПУ зарегистрировали 257 результатов интеллектуальной деятельности, из них - 3 евразийских патента. Ими заключено 11 лицензионных соглашений с предприятиями на использование результатов интеллектуальной деятельности ТПУ.

С 2015 года отмечен устойчивый рост публикационной активности молодых ученых и сотрудников. В настоящий момент количество публикаций, индексируемых в международных базах данных Scopus и Web of Science составляет 1456 (без учета дублирования). В зарубежных высокорейтинговых журналах издано 279 статей. В 2015 году индекс Хирша университета вырос до 44. По данным Scopus 69 сотрудников ТПУ имеют индекс Хирша более 10 [13].

4 Обсуждение результатов анализа

Анализ представленных результатов позволяет сделать вывод - развитие НИС в рамках TripleHelixModelвозможно не только в экономически развитых странах. Ее реализация приносит существенный успех и в экономиках с быстроразвивающимися рынками, а именно в Китае.

Власти Китая и России последовательно трансформировали элементы государственной инновационной стратегии, заимствуя и адаптируя успешные модели управления наукой и техникой, принятые лидерами инновационного развития.

Успехи Китая впечатляют. Идя по пути разрастания высокотехнологичных региональных инновационных кластеров, он успешно приближается к поставленной задаче «стать инновационно-ориентированной страной до 2020 года». Однако стать бенефициаром инновационного роста Китаю мешает недостаточное финансирование S&T исследований на предпринимательском уровне. Частный бизнес не спешит вкладывать средства в масштабирование прорывных национальных технологий и в высокие научные исследования. Купить же их у лидеров инновационного роста в настоящий момент ставиться все труднее. Впрочем, эта проблема достаточно типична для инновационной деятельности Китая.

Одним из способов преодоления этой проблемы, может стать усиливающийся глобальный характер современной науки. Политика открытости позволила Китаю получить выигрыш от экономического роста мировой экономики. Теперь, адаптируя самые передовые достижения инноватиики, он стремиться стать бенефициаром инновационного роста.

Анализируя российский опыт, автор получил неопровержимые доказательства успешности государственной стратегии реализации элементовTHmodel в НИС. Успехи эти в первую очередь связаны с началом трансформации высшей школы в предпринимательскую форму. Можно утверждать, что этот процесс имеет устойчивую тенденцию благодаря государственному патронажу. Однако вызывает сожаление тот факт, что темпы и масштабы этого процесса очень невелики. В нем задействованы, в основном, ведущие вузы страны, расположенные в крупных промышленных городах, и их количество пока недостаточно.

Реформирование высшей школы в российских реалиях столкнулось с рядом проблем, преодолеть которые пока не удается. Главная проблема касается самих ВУЗов. Развитие R&D-компоненты идет в направлении создания инновационной инфраструктуры, причем в основном, за счет государственного финансирования. Результатом зачастую становится увеличение бюрократического аппарата, создающего дополнительную эпистолярную нагрузку на участников инновационной деятельности. При этом изменять программу подготовки специалистов и привлечения студентов к научной и связанной с ней предпринимательской деятельностью в ВУЗах на спешат.

Другой проблемой, мешающей развитию российской НИС, по мнению автора, является приспособленность к инновационной деятельности, прежде всего технических университетов. Гуманитарные и медицинские ВУЗы глобально не готовы к трансформации ни с точки зрения инфраструктуры, ни с точки зрения человеческого фактора. В России только один гуманитарный и один медицинский получили статус ПУ.

Значительно тормозит развитие ПУ в России и взаимоотношение ВУЗов с реальными секторами экономики. Связано это со скепсисом по отношению к инновационным способностям высшей школы. Учитывая все вышесказанное, автор делает вывод, что говорить о масштабном развитии тройных отношений в системе «государство-бизнес-образование» в российской НИС пока еще преждевременно. Закручивание тройной инновационной спирали в российской НИС носит очаговый характер. Но эти очаги, успешно реализуя стратегию развития ПУ в контексте THmodel, становятся эндогенными источниками ростом экономики своего региона.

5 Заключение

Китай и Россия с разной степенью успешности реализует в своих НИС элементыTHmodel. Безусловно, масштаб этих элементов несравним. Китай на протяжении 20 лет поступательно трансформирует высшую школу в предпринимательскую форму. В России процесс превращения традиционных вузов в ПУ находится на начальном этапе. При этом проведенное исследование позволило выявить общие проблемы. Прежде всего, очаговый характер процесса развития элементов THmodel. Как в Китае, так и в России инновационное развитие носит явно выраженный региональный характер. В России большие вопросы вызывают и темпы роста инновационного сектора.

Однако реализация курса, заданного правительствами наших стран на кардинальную технологическую модернизацию экономики невозможна без масштабирования и ускорения этого процесса. Это формирует перед высшей школой новые задачи. Основная из них - ускорение подготовки кадров с новыми компетенциями, сочетающаяся с формированием мощного источника инновационных идей и технологий в системе высшего образования. Причем, необходимо обеспечить ее распространение на все регионы.

Кардинальное наращивание R&D- компетенций необходимо, прежде всего, в региональных ВУЗах. ПУ в регионах должны стать источниками инновационного роста. Они должны быть помещены на позицию ведущих площадок для аутсорсинга исследовательских работ компаний реального сектора экономики, состояться в качестве генераторов прикладных идей и разработок. Именно это сформируется возможность для них превратиться в центры эндогенного регионального развития, масштабирования инновационного предпринимательства, стать источником качественной и авторитетной экспертизы прикладных научных и технологических решений для компаний и органов государственного управления.

 

 Литература

1. Etzkowitz, H. (2008). The Triple Helix: University-Industry-Government Innovation in Action / H. Etzkowitz; пер. сангл. Под ред. А.Ф. Уварова [Текст]. – Томск. Изд-во ТУСУР, 2010.

2.Etzkowitz, H. (1994). Academic-Industry Relations: A Sociological Paradigm for Economic Development, in: L. Leydesdorff & P. van den Besselaar (Eds.), Evolutionary Economics and Chaos Theory: New Directions in Technology Studies. Pinter, London, etc., pp. 139-151.

3.Reshetnikova, M. (2017) Analysis of the Russian Experience in Formation of Entrepreneurial Universities within the Context of the Triple Helix Model as a Factor of Economy Endogenous Growth / M. Reshetnikova. //Espacios. – 2017. –№33. – p. 36.

4. Reviews of Innovation Policy. China. Synthesis Report. [Электронный ресурс] OECD. – /URL: http ://www.oecd.org/ (дата обращения 23.10.2017).

5. Statistics of University’s Industry in China. Ministry of Education, Center for S&T Development [Электронныйресурс]. – URL: http://www.moe.gov.cn. (датаобращения 25.03.2018).

6. Statistics of University’s Industry in China. Ministry of Education, Center for S&T Development [Электронныйресурс]. – URL: http://www.moe.gov.cn. (датаобращения 13.10.2017).

7.MinistryofCommerce [Электронный ресурс] // Сайт Министерства Коммерции КНР. – URL: http://english.mofcom.gov.cn (дата обращения 12.04.2018).

8. Дежина, И. и Киселева, В. (2012) «Тройная спираль» в инновационной системе России [Электронный ресурс] // URL: http:// triplehelixassociation.com/ (дата обращения 12.02.2018).

9. Киященко, Л. П. (2011) Тройная спираль трансдисциплинарности: университет-правительство-бизнес / Л. П. Киященко. // Личность. Культура. Общество. – 2011. –Т. XIII. Вып. 2. – № 63–64. – С. 152–165.

10. Доклад о состоянии фундаментальных наук в Российской Федерации [Электронный ресурс] // URL: http://ras.ru(дата обращения 12.06.2018).

11. Национальный рейтинг университетов 2015/2016 г. [Электронный ресурс] // URL: www.univer-rating.ru. (дата обращения 12.04.2018).

12. Павлов, И.А. (2016) Трансформация институтов Высшей Школы и новая социально экономическая парадигма/ И.А. Павлов [Текст]. – Томск. Изд-во STT, 2016.

13. Конференция «Развитие предпринимательских университетов как системообразующих элементов инновационных территориальных кластеров», октябрь 2012, г. Томск. [Электронный ресурс] // URL: www: community.sk.ru. (датаобращения 13.10.2017).

  vakperechen

ОБНОВЛЕННЫЙ СПИСОК ВАК 2016 г.
ОТ 19.04.2016  >> ПРОСМОТРЕТЬ
tass
 
ПО ВОПРОСАМ ПУБЛИКАЦИИ СТАТЕЙ И СОТРУДНИЧЕСТВА ОБРАЩАЙТЕСЬ:
skype SKYPE: vak-uecs
e-mail
MAIL: info@uecs.ru
phone
+7 (928) 340 99 00
 

АРХИВ НОМЕРОВ

(01) УЭкС, 1/2005
(02) УЭкС, 2/2005
(03) УЭкС, 3/2005
(04) УЭкС, 4/2005
(05) УЭкС, 1/2006
(06) УЭкС, 2/2006
(07) УЭкС, 3/2006
(08) УЭкС, 4/2006
(09) УЭкС, 1/2007
(10) УЭкС, 2/2007
(11) УЭкС, 3/2007
(12) УЭкС, 4/2007
(13) УЭкС, 1/2008
(14) УЭкС, 2/2008
(15) УЭкС, 3/2008
(16) УЭкС, 4/2008
(17) УЭкС, 1/2009
(18) УЭкС, 2/2009
(19) УЭкС, 3/2009
(20) УЭкС, 4/2009
(21) УЭкС, 1/2010
(22) УЭкС, 2/2010
(23) УЭкС, 3/2010
(24) УЭкС, 4/2010
(25) УЭкС, 1/2011
(26) УЭкС, 2/2011
(27) УЭкС, 3/2011
(28) УЭкС, 4/2011
(29) УЭкС, 5/2011
(30) УЭкС, 6/2011
(31) УЭкС, 7/2011
(32) УЭкС, 8/2011
(33) УЭкС, 9/2011
(34) УЭкС, 10/2011
(35) УЭкС, 11/2011
(36) УЭкС, 12/2011
(37) УЭкС, 1/2012
(38) УЭкС, 2/2012
(39) УЭкС, 3/2012
(40) УЭкС, 4/2012
(41) УЭкС, 5/2012
(42) УЭкС, 6/2012
(43) УЭкС, 7/2012
(44) УЭкС, 8/2012
(45) УЭкС, 9/2012
(46) УЭкС, 10/2012
(47) УЭкС, 11/2012
(48) УЭкС, 12/2012
(49) УЭкС, 1/2013
(50) УЭкС, 2/2013
(51) УЭкС, 3/2013
(52) УЭкС, 4/2013
(53) УЭкС, 5/2013
(54) УЭкС, 6/2013
(55) УЭкС, 7/2013
(56) УЭкС, 8/2013
(57) УЭкС, 9/2013
(58) УЭкС, 10/2013
(59) УЭкС, 11/2013
(60) УЭкС, 12/2013
(61) УЭкС, 1/2014
(62) УЭкС, 2/2014
(63) УЭкС, 3/2014
(64) УЭкС, 4/2014
(65) УЭкС, 5/2014
(66) УЭкС, 6/2014
(67) УЭкС, 7/2014
(68) УЭкС, 8/2014
(69) УЭкС, 9/2014
(70) УЭкС, 10/2014
(71) УЭкС, 11/2014
(72) УЭкС, 12/2014
(73) УЭкС, 1/2015
(74) УЭкС, 2/2015
(75) УЭкС, 3/2015
(76) УЭкС, 4/2015
(77) УЭкС, 5/2015
(78) УЭкС, 6/2015
(79) УЭкС, 7/2015
(80) УЭкС, 8/2015
(81) УЭкС, 9/2015
(82) УЭкС, 10/2015
(83) УЭкС, 11/2015
(84) УЭкС, 11(2)/2015
(85) УЭкС,3/2016
(86) УЭкС, 4/2016
(87) УЭкС, 5/2016
(88) УЭкС, 6/2016
(89) УЭкС, 7/2016
(90) УЭкС, 8/2016
(91) УЭкС, 9/2016
(92) УЭкС, 10/2016
(93) УЭкС, 11/2016
(94) УЭкС, 12/2016
(95) УЭкС, 1/2017
(96) УЭкС, 2/2017
(97) УЭкС, 3/2017
(98) УЭкС, 4/2017
(99) УЭкС, 5/2017
(100) УЭкС, 6/2017
(101) УЭкС, 7/2017
(102) УЭкС, 8/2017
(103) УЭкС, 9/2017
(104) УЭкС, 10/2017
(105) УЭкС, 11/2017
(106) УЭкС, 12/2017
(107) УЭкС, 1/2018
(108) УЭкС, 2/2018
(109) УЭкС, 3/2018
(110) УЭкС, 4/2018
(111) УЭкС, 5/2018
(112) УЭкС, 6/2018
(113) УЭкС, 7/2018
(114) УЭкС, 8/2018
(115) УЭкС, 9/2018
(116) УЭкС, 10/2018
(117) УЭкС, 11/2018
(118) УЭкС, 12/2018
(119) УЭкС, 1/2019
(120) УЭкС, 2/2019

 Федеральная служба по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций

№ регистрации СМИ ЭЛ №ФС77-35217 от 06.02.2009 г.       ISSN: 1999-4516