Создать PDF Рекомендовать Распечатать

Взаимосвязь национального богатства и благосостояния в российской переходной экономике: подходы и проблематика

Экономический анализ | (49) УЭкС, 1/2013 Прочитано: 33615 раз
(29 Голосов:)
  • Автор (авторы):
    Игорь Валентинович Лавров
  • Дата публикации:
    09.01.13
  • ВУЗ ИЛИ ОРГАНИЗАЦИЯ:
    Южно-Уральский государственный университет (НИУ)

Взаимосвязь национального богатства и благосостояния в российской переходной экономике: подходы и проблематика

The relationship of the national wealth and welfare in the Russian transition economy: approaches and perspectives 

Игорь Валентинович Лавров

доц., к.ф.н., доцент кафедры «Оценка бизнеса и конкурентоспособности»

Южно-Уральский государственный университет (НИУ)

lavrovnauka@mail.ru

Igor Valentinovich Lavrov,
associate professor of the department «Evaluation of the business and competitiveness»
The South-Ural state University (NIU)

lavrovnauka@mail.ru

 

Аннотация. В статье рассматриваются вопросы типологии, определения и взаимосвязи национального богатства и благосостояния на примере российской переходной экономики. Автор предлагает в исследованиях взаимосвязей благосостояния и богатства применять мотивационно-деятельностный (праксеологический) подход в рамках нормативной экономической методологии.

Ключевые слова: национальное богатство, благосостояние, нормативная методология, институты благосостояния, богатство как инновационная система, праксеология.

Abstract. In article are considered questions of typology and definitions and the relationship of the national wealth and welfare on the example of the Russian transition economy. The author offers in the studies of the linkages of prosperity and wealth to apply motivation-activity (praxeology) approach in the framework of the normative economic methodology.

Keywords: national wealth, welfare, normative methodology, the institutions of the welfare, wealth as innovation system, praxeology.

 

Тема взаимосвязи национального богатства и благосостояния общества, представляемого государством и муниципалитетами, корпораций, домашних хозяйств была актуальна всегда, но особенно остро ощущается потребность в систематическом изучении её в настоящее время. Думается, что основанная причина этого кроется в значительном росте экономических исследований в России и за рубежом, посвященных инновационным, институциональным и праксеологическим аспектам богатства и благосостояния. Углубление и расширение наших знаний о системе связей богатства и благосостояния в современной экономике происходит на основе критики подходов, теоретических положений и моделей, а также их институционального синтеза. 

Богатство как запасы, активы, капитал, а также как социально-экономические структуры их воспроизводства и совокупный экономический потенциал общества составляет основу классической политэкономической теории (позитивной по своей методологии), и богатство в этом качестве есть система благ долговременного использования. Но в неоклассической и неклассической экономической науке категории богатства и благосостояния отражают нормативный аспект современной экономической теории, предметом которой является индивидуальное поведение, оно определяется оценками абстрактных и реальных возможностей (перспектив), способствующими выбору и выявлению предпочтений индивидуумов по поводу благ.

Иначе говоря, проблема нормативного подхода в границах политической экономии богатства и благосостояния заключается в развитии разнообразных свойств хозяйствующего субъекта, особенно его экономического мышления, сознания и психики в условиях рыночных отношений. Очевидно, что логика позитивной теории богатства в рамках экономики благосостояния сводит совокупность экономических отношений к их объектам на основе редукции хозяйствующих субъектов к  функциям производства, потребления, обмена и т.п.  

В исследовании П. Самуэльсона и Н.В. Нордхауса [7, c.442-443, 464] богатство наряду с доходом рассматриваются в качестве критериев определения экономического положения отдельного человека, семьи, организации, страны. По П. Самуэльсону и Н.В. Нордхаусу, богатство является важнейшей экономической категорией в экономике благосостояния, и состоит оно из активов, которыми обладает человек, семья, организация или страна в определенный момент времени. Богатство представляет запас, а доход – поток в единицу времени. Доход (национальный, корпоративный или личный) связан с богатством отношением «отдачи», когда он является суммой денежных поступлений от собственности, источник которой составляют активы (экономическая ценность), в виде ренты, процента, дивиденда и прибыли или отношением «вложений», в этом случае доход, полученный в виде заработной платы, жалования, вознаграждения или трансфертов, потребляется, тратится на приобретение благ длительного пользования (автомобиль, дом, квартира или комната, земельный участок и т.п.), которые следует отнести к богатству индивида и семьи.

Движение денег в семейном накоплении богатства, таким образом, может иметь две структуры:

1) «источник дохода (активы, факторы) > доход в денежной форме > собственность (богатство)»;

2) «собственность (богатство) как источник дохода > доход в денежной форме > «собственность (приращение богатства и собственного капитала)».

По мнению П. Самуэльсона и Н.В. Нордхауса, «богатство домохозяйства включает в себя материальные ценности (дома, автомобили, бытовую технику и другие потребительские товары длительного пользования, а также землю) и финансовые сбережения (наличные деньги, сберегательные счета, облигации и акции). Все ценное, что является нашей собственностью, относится к активам, а то, что мы должны, – к обязательствам. Разница между суммой активов и суммой обязательств называется богатством, или собственным капиталом» [7, с. 443].

М. Портер в развитии конкурентоспособности социально-экономических систем на уровне национального хозяйства, региональной экономики, отраслей, предприятий выделяет стадии факторов производства, инвестиций, инноваций, богатства [5, c.605-608]. Богатство, таким образом, является высшей стадией развития и одновременно интегральным уровнем роста конкурентоспособности социально-экономических систем. Согласно первой теореме благосостояния любое конкурентное равновесие является Парето-эффективным. Следовательно, на стадии богатства все уровни системы национального хозяйства равновесны и экономически оптимальны.

В рамках национального хозяйства на основе нормативной методологии обращение к национальному богатству как инновационной системе предполагает исследование его институционально-ценностных аспектов [2, c. 59-72], учитывая, что для переходной экономики России характерна несбалансированность воспроизводимого, природного и человеческого капиталов, поскольку в ней высок удельный вес производственных активов при одновременном достаточно низком уровне развития человеческого капитала, что характеризует технико-экономические и технологические свойства самих основных фондов, не требующих специальных и высокоразвитых человеческих активов.

Согласно второй теореме благосостояния эффективное перераспределение богатства приводит к конкурентному равновесию. Вторая теорема истинна, на наш взгляд, лишь при допущении эффективного государства, что является почти фантастическим предположением в силу наличия в любой даже самой совершенной экономике «провалов государства». Тем не менее, научная задача исследования богатства и благосостояния домашних хозяйств (индивидуумов), предприятий, включая фирмы и корпорации, и общества, представленного государством и местным самоуправлением, сводится, по нашему мнению, к обоснованию их единства.

Единство благосостояния и богатства как экономических категорий и явлений мы усматриваем в наличии между ними структурно-функциональных связей и зависимостей. Структурные отношения богатства и благосостояния проявляются в том, что богатство является накопленным запасом активов (независимо от того, приносят они доход или нет), которые обладают реальными возможностями быть благом – элементом благосостояния индивидуумов, групп (корпораций) и общества в целом, включая государство. Функциональные зависимости между благосостоянием (зависимая переменная, функция) и богатством (независимая переменная, аргумент) раскрываются в функции благосостояния (прежде всего общественного, а также индивидуального и корпоративного). В отношении общественного благосостояния в экономическую теорию данное понимание функции ввел А. Бергсон, функция присваивает индексы каждому состоянию общества, позволяющие их сравнить по степени предпочтительности. Критерием ранжирования является величина функции: состояние B предпочтительнее A в том случае, когда SWв > SWа.

SW = f (u1,…,un), (1)

где SW (social welfare) – функция общественного благосостояния, ui – функция индивидуальной полезности i-ого члена общества. Значения функции u1,…,un непосредственно зависят от того, каким набором благ (х1,…,хm) располагает общество и как эти блага распределены между индивидами.

Взаимосвязи богатства и благосостояния раскрываются в модифицированной функции благосостояния А. Бергсона (2), которая учитывает распределение богатства в обществе: наличие государственного и муниципального имущества, имущества национальных предприятий и организаций финансового и нефинансового секторов,  имущества домашних хозяйств и личных состояний индивидуумов (граждан).   

SW = [(u1,…,un),(wg,wf,wh),(r1,…, rm,Т],  (2)

где wg – государственное и муниципальное имущество,wf, – имущество предприятий и организаций финансового и нефинансового секторов, wh имущество домашних хозяйств и размеры личных состояний, r1,…, rm – действующие ставки налогообложения, Т – вся совокупность рыночных сделок в рамках национального хозяйства, включая  и промежуточные трансакции по конечному потреблению продукта (T ? Y, где Y – валовой выпуск продуктов и услуг).

Национальное богатство (national wealth, NW) является имуществом, принадлежащим на праве собственности государству и местному самоуправлению, национальным предприятиям и организациям всех секторов экономики, домашним хозяйствам и индивидуумам, и состоит оно из нефинансовых и финансовых активов.

   NW = wg ,wf ,wh = ?gNW+ ?fNW, ?hNW,  (3)

где NW – национальное богатство, ?g , ?f , ?h> 0 – удельные веса с учетом распределения богатства в обществе между государством и местным самоуправлением (?g), национальными предприятиями и организациями (?f), домашними хозяйствами и индивидуумами (?h), ??g, ?f, ?h =1. Количественная оценка весов имущества в системе национального богатства опирается на отношение стоимости имущества к стоимости национального богатства (4):

  ?g = wg /NW; ?f = wf /NW;  ?h = wh /NW. (4)

В функции общественного благосостояния (2) отражается взаимосвязь частного и общественного секторов современной смешанной экономики России. Для развития в современных условиях общества теоретико-методологических основ формирования и развития национального богатства весьма актуально знание о его инновационной составляющей и недостаточно исследований воспроизводственной и социальной структур. Инновационная система национального богатства должна учитывать, прежде всего, его институционально-ценностные аспекты. Следовательно, категорию национального богатства надо разделить сначала на общественное и индивидуальное, а затем общественное богатство – на корпоративное (коллективное) и некорпоративное общественное («публичное») богатство, представляемое государственной и муниципальной собственностью. В рамках национального богатства существование разнонаправленных форм собственности на активы составляет экономическое содержание институционально-ценностных аспектов его инновационной системы.

С позиций нормативной методологии деление национального богатства на три части: индивидуальное, корпоративное и «публичное» (некорпоративное общественное) коррелирует с делением категории «благосостояние» на благосостояние индивидуальное, корпоративное и общественное. Индивидуальное, корпоративное, общественное составляют типы благосостояния в его нормативной типологии. Для решения проблемы развития экономической теории благосостояния можно предложить следующее нормативно-позитивное определение богатства: богатство есть мера возможного (для его собственников) в действительности. При этом необходимо принимать во внимание, что мера имеет качественные и количественные аспекты.

Со стороны качества богатство измеряется степенью использования благ (степенью комфорта). Количественный аспект богатства раскрывается в ценах, цены отражают его стоимость как денежного богатства, и оно становится предметом оценки во временном масштабе с точки зрения текущих, прошлых и будущих периодов использования. Иначе говоря, богатство – это стоимость комфорта, выраженная в текущих ценах.

Концептуализация категории богатства необходима для понимания социокультурной и деонтологической основы современной мировой и российской национальной экономики. К тому же экономическая теория богатства отражает менталитет и жизненные установки наций, классов и социальных групп. Поэтому концепция богатства и труда, доминирующая в обществе, задает императивы поведения, формирует идеалы, которыми руководствуются члены этого общества.

Индивидуальное богатство, совпадающее статистически (в системе национального счетоводства РФ) с богатством домашних хозяйств, и корпоративное богатство, представленное имуществом и капиталом нефинансовых и финансовых предприятий и фирм, а также организаций и учреждений некоммерческого сектора в переходной экономике, противоречат государственной и муниципальной собственности, которую составляют активы государственных и муниципальных учреждений и предприятий, а также нефинансовые и финансовые активы «публичного» богатства в составе национального.

Относительное противоречие и даже противопоставление видов собственности и богатства в границах непосредственно переходной экономики, а также и некоторый период времени за ее рамками (как до, так и после начала и завершения перехода от номенклатурно-административной к рыночной экономической системе), например, в современных условиях России, является проявлением закономерности «path dependence». Примером такой закономерности является нецелевое расходование бюджетных средств чиновниками, бюро (организация) которых выступает их получателями, как если бы государственный или муниципальный бюджет стал источником частных расходов. В подобный эффект «path dependence» в этом случае означает, что произошла или происходит приватизация физическим лицом административных и финансовых ресурсов государства и местного самоуправления.

В методологическом плане представляется оправданным (табл. 1) разделение благосостояния по временному параметру на потенциальное (возможное) и актуальное (действительное) и по субъектам присвоения – на индивидуальное (индивидуумы, домашние хозяйства), общественное (государство, муниципалитеты) и корпоративное (фирмы и предприятия).

Таблица 1

Типология благосостояния

Субъект благосостояния

Временные параметры

Потенциальное благосостояние

Актуальное благосостояние

Домашние хозяйства, индивидуумы

Обучение, включая все виды инвестиций в человеческий, социальный и символический капитал. Изобретения и инновации

Конечное индивидуальное потребление материальных, финансовых и нематериальных активов и благ

Государство,

муниципалитеты

Инвестиции в производство товаров и услуг, финансовые титулы, нематериальные активы. Инновации

Конечное государственное и муниципальное потребление материальных, финансовых и нематериальных активов и благ

Предприятия и организации нефинансового и финансового секторов

Производственные и финансовые инвестиции.

Инновации

Прибыль

 

Потенциальным  источником благосостояния следует считать инвестиции как сущность накопления; актуальным источником благосостояния, следовательно, являются конечное индивидуальное и государственное потребление, прибыль фирм и предприятий. Конечное потребление в виде производственных или непроизводственных расходов домашних хозяйств является отрицательным производством, которое можно представить  вектором Ci,g , где потребление (С) с двумя верхними индексами: i – доходы, g – товары, соответственно, имеем конечное потребление двух видов: домашних хозяйств и индивидуумов (Chi,g),  государства и муниципалитетов (Cgi,g). Прибыль предприятий и организаций (Prf) в нефинансовом и финансовом институциональных секторах экономики является частью актуального общественного благосостояния. Теперь можно переписать формулу (2) следующим образом:

 SW = Chi,g + Cgi,g + Prf = Ih+ Ig + Prf * = Chg + Cgg + Prf *,  (5)

где Ih, Ig, – доходы домашних хозяйств, государства и муниципалитетов, иначе говоря, семейные, государственные или муниципальные бюджеты, сокращенные на величину сбережений (Sh, Sg), инвестированных (Sh+Sg=Is) в потенциальное благосостояние, где Is – инвестиции; Chg, Cgg – потребительские, государственные или муниципальные расходы, потребление; Prf* – чистая прибыль предприятия, распределяемая среди акционеров, трудового коллектива и фондов предприятия, кроме инвестиций. Особенность представления доходов в формуле благосостояния (5) состоит в том, что они за вычетом сбережений изначально являются располагаемыми доходами для конечного потребления.

Итак, если приравнять правую часть уравнения (5) к правой части уравнения (2), то получим:

   Chg + Cgg + Prf* = [(u1,…,un),(wg,wf,wh),(r1,…, rm,Т]. (6)

В формуле (6) правая часть представляет независимые переменные, аргументы функции актуального благосостояния общества SW.

С одной стороны, здесь надо иметь ввиду, что еще не всякий объект, вещь или товар становятся частью богатства, для этого им надо соответствовать ряду признаков. С другой стороны, активы как элементы богатства являются благом (элементом благосостояния), когда они при прочих равных условиях находятся в отношении познания (осознания полезных свойств и оценки их) потребителем причинной связи удовлетворения потребностей. Экономическая оценка элементов национального богатства и его элементов представлена на основе типологии богатства в таблице 2.

Таблица 2

Типология богатства РФ на 1 января 2011 года[6, c. 330-333]

Субъект богатства

Национальное богатство (NW)

Элементы национального богатства (w)

Удельный вес

(? = w /NW)

Домашние хозяйства, индивидуумы

Индивидуальное богатство: имущество домашних хозяйств и личные состояния индивидуумов; нефинансовые и финансовые активы, учитываемые в составе национального богатства 

Для домашних хозяйств не учитывается. Справочно: 0,154

 Национальные предприятия (фирмы), организации, корпорации негосударственных форм собственности, муниципалитеты

Корпоративное богатство: основные фонды (материальные и нематериальные), запасы материальных оборотных средств, расходы на разведку полезных ископаемых, программное обеспечение, оригинальные произведения развлекательного жанра литературы и искусства, патенты, авторские права, договоры об аренде, гудвилл, ноу-хау, монетарное золото и специальные права заимствования, валюта и депозиты, ценные бумаги и акции, ссуды, акционерный капитал, займы, страховые технические резервы, дебиторская и кредиторская задолженность, прямые иностранные инвестиции в национальные компании 

0,8 (только для основных фондов)

 

 

 

Нет данных

 

 

 

 

 

 

 

Государство

 

«Публичное» (некорпоративное общественное) богатство: земля, богатство недр, плодородие гумуса, естественные биологические ресурсы, подземные водные ресурсы, атмосфера и стратосфера, среда обитания; нефинансовые и финансовые активы, учитываемые в составе национального богатства

Нет данных

 

 

 

0,20 (только для основных фондов)

 

Их таблицы 2 следует, что достоверную оценку всего национального богатства, составляющего публичную его компоненту, пока дать невозможно. Соотношение 0,8/0,2 касается форм негосударственной и государственной собственности на средства производства (основные фонды).

В работах ведущих исследователей советской политической экономии доказывалось, что из сравнений синтетических показателей едва ли не самое важное – сравнение народного богатства, ибо последнее представляет собой главнейший фактор, от которого зависит народный доход, уровень производительности труда и, в конечном счете, благосостояние народа. Другие факторы, влияющие на эти величины, – природные ресурсы и способности населения (физические и интеллектуальные) – уступают по значению народному богатству: они служат причиной различия эффективности одних и тех же элементов народного богатства. Это показывает пример так называемых отсталых, бедных стран, часто имеющих благоприятный климат, богатые природные ресурсы, трудолюбивое население – и тем не менее низкую производительность труда и низкий народный доход по расчету на душу [1, c. 157].

Первое международное сравнение народного дохода осуществил Г. Кинг (сравнил Англию, Голландию и Францию для 1688 и 1695 годов). Впервые сравнительные исследования народного богатства осуществил Дж. Мелхолл, английский экономист XIX века. В статистическом словаре 1884 г. сравниваются 15 европейских и 5 неевропейских стран. В словаре 1892 г. входят 24 страны – 19 европейских и 5 неевропейских. Народное богатство Дж. Мелхолл рассматривал как совокупность материальных объектов, включая землю, находящихся в границах данной страны.

Таким образом, что характерно для современных исследователей, «…под народным богатством мы понимаем сумму накопленного в стране овеществленного труда (т.е. совокупность материальных благ, созданных человеческим трудом, независимо от их назначения, а также изменений, овеществленных в природных ресурсах трудом человека), взятую на определенный момент. При этом каждый из элементов, входящих в состав народного богатства, должен удовлетворять какой-либо человеческой потребности – индивидуальной или общественной, непосредственно или косвенно (т.е. как средство производства)» [1, c. 169]. В состав народного богатства должны входить только те изменения в природных ресурсах, которые были осуществлены трудом. В исследованиях А.Л. Вайнштейна главная методологическая проблема состоит в том, что если труд формирует народное богатство, то каким образом относятся к народному богатству и как можно посчитать те активы, которые не созданы трудом.

В национальном богатстве сохраняется единство производства и накопления для всех элементов и видов богатства: человеческого, финансового, информационного, имущественного, природно-ресурсного и др. Научный подход к содержанию богатства продолжает базироваться на неких определенных признаках (принципах) богатства как экономической категории, а именно: а) материальности; б) накопляемости; в) долговременности использования; г) возобновляемости за счет комбинации действий природных сил и человеческого труда; д) отчуждаемости и возможности при известных обстоятельствах представлять предмет рыночного объекта. Если явления не могут быть объяснены с точки зрения этих принципов, то не следует торопиться с их включением в состав богатства общества и индивида, как  считают Е.М. Бухвальд, В.К. Фальцман, М.И. Нестеров [4, c.11]. Следовательно, углубление признаков богатства возможно лишь на основе теории воспроизводства в целом. Но данный вывод противоречит современной экономической теории, изучающей выбор.

В макроэкономическом аспекте богатством в современном смысле сегодня можно считать лишь те блага долговременного использования, в том числе накопленные в результате человеческого труда, которые одновременно позволяют решать задачи интенсификации и повышения эффективности общественного производства и постоянного повышения доли накопляемых ресурсов, отчуждаемых на цели социального развития и удовлетворения потребностей населения. Все остальное неумолимо теряет свой статус богатства, становится источником социально-экономических проблем, а не средством их разрешения [4, c.12].

Исторический опыт развития теории национального богатства показывает, что его структурному исследованию предшествует взаимодействие двух главных направлений: воспроизводственного и социального. Классическая политэкономия обращала исключительное внимание на воспроизводство вещественных и стоимостных элементов богатства. Марксизм как версия классической политэкономии привлек внимание к социальным аспектам накопления богатства. К. Марксом была обоснована идея о делении общественного богатства на капитал и фонд потребления [3, c.233]. Идея оказалась продуктивной, и в настоящее время валовой внутренний продукт закрытой экономики по доходам и расходам разделяется на фонд накопления (возмещение и производство всех элементов капитала) и фонд потребления (производство и воспроизводство человека, общества и государства):

Y = I + C (5);

I = ?Y  (6);

C = (1–?)Y  (7).

где ? – норма накопления, которая в условиях максимального значения статического удельного потребления, например, в модели Р. Солоу, равна значению эластичности накопления по фондам ? (? = ?); Y – валовой внутренний продукт закрытой экономики;  I – фонд накопления; C – фонд потребления.

Накопление богатства исторически и социально обусловлено, что делает лишь ограниченно сопоставляемыми (в том числе и в динамике) массы богатства, сформировавшиеся в различных экономических, социальных и природных условиях. При этом существует временный, нерациональный момент в накоплении богатства, который связан с потребностями общества, отдельных социальных групп или граждан (роскошь экономически господствующего класса, гламур, милитаризация богатства и т.п.).

В экономике методологически важны подходы к решению ряда теоретических проблем: из каких элементов складывается богатство? Каков темп роста реальных издержек накопления, сохранения и распределения богатства между воспроизводимым богатством (вещным богатством), природным фактором и человеком? Особое значение в экономической теории приобретает вопрос о структуре отношений богатства и собственности, богатства и деятельности, собственности и деятельности, которая отображается в нормативно-экономической триаде «богатство – собственность – деятельность», охватывающей систему общественных отношений по производству и присвоению человеком материальных условий цивилизованного состояния и свободного развития [2, c. 59].

В 1960-1980-е годы показатель национального богатства в работах советских ученых рассматривался с точки зрения его структуры, условий воспроизводства и эффективного использования. При этом исследования охватывали сравнительно небольшие исторические периоды и не давали возможности рассмотреть динамику национального богатства за длительный исторический период времени. Затем проблематика изучения национального богатства существенно расширилась за счет включения в состав национального богатства человеческого капитала, расчетов чистого экономического благосостояния, появления концепции национального имущества (Д.С. Львов).

Новый методологический подход к толкованию категории «национальное богатство» был предложен специалистами Всемирного Банка в 1998 году. В его основе лежит определение этой категории как совокупности природного, воспроизводимого (нефинансовых произведенных и финансовых активов) и человеческого капиталов. Но проблема остается в том, что как в ранее, так и в ныне существующих направлениях исследований благосостояния невостребован и фактически неразвит мотивационно-деятельностный (праксеологический) подход в рамках нормативной методологии к изучению богатства на основе реальных возможностей (перспектив) субъектов, что отражается на результатах системного анализа богатства (отдельного домохозяйства и страны в целом) как интегральной экономической категории. Тем более что данная категория получила особое содержательное наполнение в процессе реформирования экономической и политико-правовой системы российского государства в 1990-е годы, рыночной либерализации и приватизации общенародной собственности, появления разнообразных групп частных собственников, социальной дифференциации населения.

В настоящее время отодвинут на второй план вопрос об оценке качества составляющих элементов и подсистем национального богатства, неразработанной является проблема включения в состав национального богатства культурных, нематериальных, духовных ценностей, информационных ресурсов. Практически неучтенным остается имущество населения, материально воплощенное в недвижимости и предметах длительного пользования, не учитываются также в полной мере природные ресурсы, не вовлеченные в хозяйственный оборот или неразведанные. Эти и другие мало разработанные вопросы экономической теории национального богатства не позволяют пока в должной мере оценить динамику благосостояния общества и всех групп населения России, так как требуются дальнейшие исследования, касающиеся взаимосвязей богатства и благосостояния в условиях рынка.

Библиографический список

1. Вайнштейн А.Л. Избранные труды: В двух книгах. Кн.2 Народное богатство и народный доход России и СССР / А.Л. Вайнштейн. М.: Наука, 2000 («Серия памятники экономической мысли»).

2. Лавров И. О проблематике нормативных исследований в экономике / И.В. Лавров // Вопросы экономики. 2007. №7. С. 59-72.

3. Маркс К. Капитал. Т.I. Процесс производства капитала / К. Маркс, Ф. Энгельс // Маркс К.,  Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 23.

4. Национальное богатство в условиях формирования рыночных отношений / Е.М. Бухвальд, В.К. Фальцман, Л.И. Нестеров и др. М.: Наука, 1994.

5. Портер М. Международная конкуренция / М. Портер. М.: Международные отношения, 1993.

6. Российский статистический ежегодник. 2011: Стат.сб./Росстат. М., 2011.

7. Самуэльсон П.Э. Экономика. 18-е изд. Пер. с англ. / П.Э. Самуэльсон, Н.В. Нордхаус. М.: ООО «И.Д. Вильямс», 2007.

 

  vakperechen

ОБНОВЛЕННЫЙ СПИСОК ВАК 2016 г.
ОТ 19.04.2016  >> ПРОСМОТРЕТЬ
tass
 
ПО ВОПРОСАМ ПУБЛИКАЦИИ СТАТЕЙ И СОТРУДНИЧЕСТВА ОБРАЩАЙТЕСЬ:
skype SKYPE: vak-uecs
e-mail
MAIL: info@uecs.ru
phone
+7 (928) 340 99 00
 

АРХИВ НОМЕРОВ

(01) УЭкС, 1/2005
(02) УЭкС, 2/2005
(03) УЭкС, 3/2005
(04) УЭкС, 4/2005
(05) УЭкС, 1/2006
(06) УЭкС, 2/2006
(07) УЭкС, 3/2006
(08) УЭкС, 4/2006
(09) УЭкС, 1/2007
(10) УЭкС, 2/2007
(11) УЭкС, 3/2007
(12) УЭкС, 4/2007
(13) УЭкС, 1/2008
(14) УЭкС, 2/2008
(15) УЭкС, 3/2008
(16) УЭкС, 4/2008
(17) УЭкС, 1/2009
(18) УЭкС, 2/2009
(19) УЭкС, 3/2009
(20) УЭкС, 4/2009
(21) УЭкС, 1/2010
(22) УЭкС, 2/2010
(23) УЭкС, 3/2010
(24) УЭкС, 4/2010
(25) УЭкС, 1/2011
(26) УЭкС, 2/2011
(27) УЭкС, 3/2011
(28) УЭкС, 4/2011
(29) УЭкС, 5/2011
(30) УЭкС, 6/2011
(31) УЭкС, 7/2011
(32) УЭкС, 8/2011
(33) УЭкС, 9/2011
(34) УЭкС, 10/2011
(35) УЭкС, 11/2011
(36) УЭкС, 12/2011
(37) УЭкС, 1/2012
(38) УЭкС, 2/2012
(39) УЭкС, 3/2012
(40) УЭкС, 4/2012
(41) УЭкС, 5/2012
(42) УЭкС, 6/2012
(43) УЭкС, 7/2012
(44) УЭкС, 8/2012
(45) УЭкС, 9/2012
(46) УЭкС, 10/2012
(47) УЭкС, 11/2012
(48) УЭкС, 12/2012
(49) УЭкС, 1/2013
(50) УЭкС, 2/2013
(51) УЭкС, 3/2013
(52) УЭкС, 4/2013
(53) УЭкС, 5/2013
(54) УЭкС, 6/2013
(55) УЭкС, 7/2013
(56) УЭкС, 8/2013
(57) УЭкС, 9/2013
(58) УЭкС, 10/2013
(59) УЭкС, 11/2013
(60) УЭкС, 12/2013
(61) УЭкС, 1/2014
(62) УЭкС, 2/2014
(63) УЭкС, 3/2014
(64) УЭкС, 4/2014
(65) УЭкС, 5/2014
(66) УЭкС, 6/2014
(67) УЭкС, 7/2014
(68) УЭкС, 8/2014
(69) УЭкС, 9/2014
(70) УЭкС, 10/2014
(71) УЭкС, 11/2014
(72) УЭкС, 12/2014
(73) УЭкС, 1/2015
(74) УЭкС, 2/2015
(75) УЭкС, 3/2015
(76) УЭкС, 4/2015
(77) УЭкС, 5/2015
(78) УЭкС, 6/2015
(79) УЭкС, 7/2015
(80) УЭкС, 8/2015
(81) УЭкС, 9/2015
(82) УЭкС, 10/2015
(83) УЭкС, 11/2015
(84) УЭкС, 11(2)/2015
(85) УЭкС,3/2016
(86) УЭкС, 4/2016
(87) УЭкС, 5/2016
(88) УЭкС, 6/2016
(89) УЭкС, 7/2016
(90) УЭкС, 8/2016
(91) УЭкС, 9/2016
(92) УЭкС, 10/2016
(93) УЭкС, 11/2016
(94) УЭкС, 12/2016
(95) УЭкС, 1/2017
(96) УЭкС, 2/2017
(97) УЭкС, 3/2017
(98) УЭкС, 4/2017
(99) УЭкС, 5/2017
(100) УЭкС, 6/2017
(101) УЭкС, 7/2017
(102) УЭкС, 8/2017
(103) УЭкС, 9/2017
(104) УЭкС, 10/2017
(105) УЭкС, 11/2017
(106) УЭкС, 12/2017
(107) УЭкС, 1/2018
(108) УЭкС, 2/2018
(109) УЭкС, 3/2018
(110) УЭкС, 4/2018
(111) УЭкС, 5/2018
(112) УЭкС, 6/2018
(113) УЭкС, 7/2018
(114) УЭкС, 8/2018
(115) УЭкС, 9/2018
(116) УЭкС, 10/2018
(117) УЭкС, 11/2018
(118) УЭкС, 12/2018
(119) УЭкС, 1/2019
(120) УЭкС, 2/2019
(03) УЭкС, 3/2019
(04) УЭкС, 4/2019
(05) УЭкС, 5/2019
(06) УЭкС, 6/2019
(07) УЭкС, 7/2019
(08) УЭкС, 8/2019
(09) УЭкС, 9/2019
(10) УЭкС, 10/2019
(11) УЭкС, 11/2019
(12) УЭкС, 12/2019

 Федеральная служба по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций

№ регистрации СМИ ЭЛ №ФС77-35217 от 06.02.2009 г.       ISSN: 1999-4516