Создать PDF Рекомендовать Распечатать

Информация и информационные потоки в экономике знания

Отраслевая экономика | (38) УЭкС, 2/2012 Прочитано: 14677 раз
(0 Голосов:)
  • Автор (авторы):
    Гоженко Констанция Николаевна
  • Дата публикации:
    27.02.12
  • № гос.рег.статьи:
    0421200034/0118
  • ВУЗ ИЛИ ОРГАНИЗАЦИЯ:
    НОУ ВПО "Кисловодский институт экономики и права"

Информация и информационные потоки в экономике знания

 

Гоженко Констанция Николаевна 

доцент кафедры экономики и менеджмента

НОУ ВПО "Кисловодский институт экономики и права",

konstang2007@yandex.ru

 

Аннотация: в статье рассматриваются проблемы информационного обеспечения экономики знания.

Ключевые слова: экономика знания, информация, информационные потоки.

Abstract: This article addresses the problem of information-baking ensure the knowledge economy. 

Keywords: economics of knowledge, information, information flows. 

 

В качестве исходного пункта теоретического анализа экономики знания не­обходима категориальная характеристика знания и оценка его роли в развитии экономики и экономической теории. Это позволит предложить трактовку эконо­мического роста как процесса формирования и реализации знания. В этом контек­сте термин «знание» используется преимущественно в значении «информация». Такой подход приводит к тому, что эти два понятия становятся взаимозаменяе­мыми, синонимами.

Тем не менее, по-прежнему важно делать четкое различие между информа­цией и знанием, не отождествлять их. Наиболее важной причиной такого различения является то обстоятельство, что информационные потоки характеризуются низким коэффициентом сопротив­ления («трения»), в то время как потоки знания характеризуются высоким коэф­фициентом сопротивления.

Кроме того, в отличие от знания, информация может быть определена как  такой массив данных, который легко формализуется и потому кодифицируется, следовательно, передаётся, распространяется и хранится (при низких
расходах на эти операции). Это означает, что информация может быть доступна и распространена в электронном виде (например, через Интернет).

Таким образом, информация всегда представлена совокупностью неслож­ных сообщений, которые имеют форму стандартизированных данных и которыми поэтому легко манипулировать и хранить.

Иные характеристики применимы к знанию, которое состоит из организо­ванных (или логически-структурированных) блоков информации, которые трудно
систематизировать и интерпретировать, как правило, из-за их внутренней недели­мости. Как следствие, знания трудно передать без прямого взаимодействия участ­ников освоения знания, тем более, что в них всегда содержится большой элемент «неявных знаний».

В экономическом аспекте принципиально важно отметить, что в то время,  как расходы на передачу информации могут быть близки к инварианту относи­тельно расстояния передачи, то стоимость передачи знаний растет вместе с рас­стоянием.

Большие затраты и реальные трудности в передаче знаний объясняет тот факт, почему рынки обмена знаниями крайне редки. Потенциальные покупатели всегда могут поставить под сомнение значимость полученного знания, и про­давцы вынуждены раскрывать свой самый ценный актив - специфические знания. Информация покупателя и информация о транзакции продавца
по своей природе асимметричны. Это также объясняет, почему фирмы предпочи­тают проводить собственные исследования, чем получать их по контракту или лицензии.

Экономика знания позволяет фирме сосредоточиться в основной сфере выбранного вида бизнеса, способна привести к реструктуризации и потенциально подвести к базовой кон­цепции фирмы в условиях экономики знания – «компания без завода», если тако­вая вытекает из основной специализации фирмы. Однако в этой ситуации фирма вынуждена полагаться на внешние знания, непосредственно оп­ределив объём своих собственных баз знаний. Фирмы, будучи разработчиком внутренних инно­ваций из собственных лабораторий (модель под названием «ли­нейные» иннова­ции), перерастают в фирменную сеть, которая будет использовать рынок (покупки патентов, лицензий, контрактов) для создания собственного ло­кального рынка специфических услуг.

Наибольшую практическую значимость среди теоретических проблем эко­номики знания имеют так называемые «ресурсоориентированные» предприятия, типичные для индустриальной ступени производства, но которые, чтобы оста­ваться конкурентоспособными уже в условиях экономики знания, должны изме­нить источники своего традиционного роста. Для ресурсоориентированных пред­приятий экономика знания предлагает новую модель экономического роста в со­ответствии с новыми технологиями и новыми ресурсами, роль которых теперь выполняет знание.

С точки зрения экономической теории, знания не ограничивается техниче­скими аспектами ноу-хау для фирм, но также включает в себя такие компоненты, как институциональные и организационные ноу-хау.

Научное знание всегда имеет характер «чистого общественного блага», хотя оно, как правило, доступно только для тех, кто имеет соответствующий уровень обучения и подготовки. Таким образом, доступ к научным знаниям
может отличаться между фирмами и между регионами из-за неравных условий  поставки информации и наличия квалифицированной рабочей силы. Однако тех­нологические знания по своей сути отличаются от других экономических благ. Как только расходы на создание новых «технических знаний» были понесены, то это знание может быть использовано снова и снова без дополнительных затрат.

Для стран, находящихся в авангарде мировой экономики, баланс между знаниями и ресурсами сместился в сторону последних, причём в такой степени, что знание стало, пожалуй, самым важным фактором, определяющим уровень жизни - больше, чем земля, чем производственное оборудование, инструменты, чем труд. Наиболее технологически развитые экономики сегодня действительно основаны на знаниях.

С этих позиций инновации – это прогрессивные сдвиги в экономике, которые имеют фундаментальное (системное) значение для роста (качественного скачка) производительности общественного труда. При этом ошибочно сводить ин­новации только к техническим прорывам, так как структурные обновления в экономической организации общественного производства могут иметь не меньшее значение, чем технологические инновации.

В условиях глобализации фирмы, отрасли промышленности и нацио­нальные экономики конкурируют между собой преимущественно в сфере инновационных прорывов и на базе реализации таких прорывов. Поэтому «вывод страны из технически застойного состояния возможен лишь при использовании прорывных технологий в науке, технике, управлении, что невозможно осуществить без должного отношения к творческому потенциалу. Должны быть созданы благоприятные условия для осуществления инвестиционной и инновационной деятельности, для реального экономического роста»[1].

Однако в российской экономике есть определенные тенденции, свидетельствующие о готовности к инновационной деятельности. Так, в проблемной статье К. Гончара отмечается, что «в группе модернизированных предприятий (на уровне иностранных конкурентов и выше)  таковых уже 21,6%. Показательно, что около 30% предприятий в качестве стратегических ориентиров выбрали производство новой уникальной продукции, что значимо связано с текущим технологическим уровнем производства и инновационной активностью»[2].

Основная теоретическая проблема реализации инновационной дина­мики – установление качественной и количественной связи между инвести­циями в ресурсы исследовательского блока страны и получением инноваци­онного продукта как фактором экономического роста. Детализация отмечен­ной связи позволяет выйти на различные типы «инновационных инвестиций» и дать им количественную характеристику, с учетом специфики структуры затрат на технологические инновации.

В различных странах складывается определенная структура затрат на технологические инновации, характеризующая тенденции и перспективы их инновационного развития. Так, в структуре российской экономики, основные затраты организаций связаны с приобретением машин, оборудования, программного обеспечения (60,8%), доля затрат на проведение исследований собственными силами составляет всего 10,5%, что значительно ниже, чем в развитых европейских странах и соответствует показателям таких стран как Болгария, Польша, Словакия, Эстония. Развитые страны, напротив, демонстрируют высокий уровень затрат на собственные исследования и разработки. В числе лидеров – Швеция (63,2%), Нидерланды (62,5%), Люксембург (53,8%), Испания (41,7%)[3].

Процесс инновационного инвестирования состоит в создании экономи­ческой стоимости посредством введения на рынок новых продуктов, или уже имеющихся продуктов, но используя новую технологию их производства на базе его перепроектирования или переформирования организационных мето­дов, что особенно важно для сохранения конкурентоспособного преимуще­ства. При такой трактовке инвестиционных инноваций проблема сводится к тому, как оптимальным образом организовать инвестируемые ресурсы, чтобы создать, распространить и продвинуть новшество в масштабах всей экономики.  Еще меньше, чем в промышленном производстве, доля затрат на инновации среди отечественных организаций сферы услуг, в сравнении с европейскими странами этот показатель самый низкий[4]. общие инновационные тенденции характерны и как для сфер промышленного производства, так и для сферы услуг, что проявляется в преобладании в структуре затрат расходов на приобретение оборудования, машин и программных средств, а не инвестирование в исследования, как собственные, так и привлеченных сторонних организаций[5].

В распределении внутренних затрат на исследования и разработки по секторам науки в России преобладает предпринимательский сектор (62,9%), что соответствует структуре ряда развитых стран. Однако в секторе высшего образования этот показатель составляет всего 6,7%, и находится на уровне Китая, Болгарии, Украины[6].

Как же в экономическом аспекте опреде­ляется роль «инновационных инвестиции» и инноваций в экономическом росте?

Экономический рост - традиционная область исследований макроэко­номической теории, включающая концепцию инноваций как свой частный случай. С этих позиций концепция инноваций имеет статус, аналогичный статусу концепции рациональной налоговой политики - как необходимого макроэкономического условия экономического роста.

Экономический рост обычно измеряется через изменения в общей стоимости товаров и услуг, произведенных экономикой страны (ВВП). Ко­нечно, ещё точнее – динамика размеров ВВП на душу населения.

По данным мониторинга социально-экономических показателей развития российской экономики, проведенного Министерством экономического развития РФ, показатели экономического роста имеют положительную тенденцию[7].

Современное состояние важнейших экономических показателей характеризуется определенной неустойчивостью, которая может существенно изменить и структуру, и характер инновационных инвестиций. Однако даже положительная динамика ВВП не всегда отражает рост затрат на исследования. Так, в отечественной экономике докризисного периода при высоких темпах экономического роста, доля затрат на исследования и разработки или незначительно увеличивалась или даже сокращалась[8].. При этом необходимо отметить, что в отечественной экономике доля внутренних затрат на исследования и разработки составила в 2008 году 1,04% ВВП, тогда как  в Германии, Дании, Сингапуре и США этот показатель почти втрое выше, а в таких странах как Финляндия, Швейцария, Швеция, Корея он достигает 4% ВВП.

Однако в микроэкономическом аспекте проблема инновационных инве­стиций сводится к инновационной активности правительства, которое должно продвигать инновации вопреки неизбежному сопротивлению на пер­вичном уровне производства.

В любом случае, инновационные инвестиции предполагают систему коммерциализации научного знания. Вот почему ряд стран демонстрирует слабую корреляцию между экономическим ростом и объёмом патентов в тех же странах[9].

Объективный анализ отрасли прямого частного инвестирования (на уровне конкретной фирмы) требует рассмотрения всех этапов работы вен­чурных компаний — от привлечения инвестиций на начальной стадии созда­ния компаний до так называемого «выхода», который необходим инвесторам для возврата вложенного капитала, причем все это необходимо соотносить с конъюнктурными ситуациями на рынке, а также периодами подъемов (так называемых «мыльных пузырей») и спадов. С этих позиций должны быть изучены взаимоотношения венчурных капиталистов и предпринимателей (включая, в частности, такой компаративистский подход, как сравнение дол­госрочного опыта американских венчурных фирм с опытом начинающих ев­ропейских компаний). Что же касается российских реалий, то следует согласиться с мнением отечественных исследователей, что «многообразие разновидностей предпринимательской деятельности таково, что даже небольшого капитала хватит для системного сопряжения и согласования интересов при запуске «цепной реакции» инновационного бизнеса. Проблема состоит не в нехватке капиталов, не в отсутствии желания вкладывать их в перспективные инновации и даже не в отсутствии коммерчески плодотворных идей, технологий, проектов, а в системном сопряжении этих элементов на программно-целевых принципах управления»[10].

 



[1] Любимцева С. К стратегии инновационного хозяйства //Экономист, №7, 2007. – стр. 52.

[2] Гончар К. Инновационное поведение промышленности: разрабатывать нельзя заимствовать // Вопросы экономики, №12, 2009. – стр. 129.

[3] Россия и страны мира. 2010: Стат.сб./Росстат. Раздел: Наука и технологии- М., 2010. - стр. 324.

[4] Россия и страны мира. 2010: Стат.сб./Росстат. Раздел: Наука и технологии- М., 2010. - стр. 324.

[5] Россия и страны мира. 2010: Стат.сб./Росстат. Раздел: Наука и технологии- М., 2010. - стр. 324.

[6] Россия и страны мира. 2010: Стат.сб./Росстат. Раздел: Наука и технологии- М., 2010. - стр. 319.

[7] Официальный сайт Министерства экономического развития РФ. (http://www.economy.gov.ru/minec/activity/sections/macro/monitoring/).

[8] Россия и страны мира. 2010: Стат.сб./Росстат. Раздел: Наука и технологии- М., 2010. - стр. 318.

[9] Россия и страны мира. 2010: Стат.сб./Росстат. Раздел: Наука и технологии- М., 2010. - стр. 320.

[10] Атласкирова М.Н., Набоков З.Б. Обоснование модели государственного регулирования развития инновационных процессов // Terra economicus. Том 7, №2, 2009. – стр. 42.

 

  vakperechen

ОБНОВЛЕННЫЙ СПИСОК ВАК 2016 г.
ОТ 19.04.2016  >> ПРОСМОТРЕТЬ
tass
 
ПО ВОПРОСАМ ПУБЛИКАЦИИ СТАТЕЙ И СОТРУДНИЧЕСТВА ОБРАЩАЙТЕСЬ:
skype SKYPE: vak-uecs
e-mail
MAIL: info@uecs.ru
phone
+7 (928) 340 99 00
 

АРХИВ НОМЕРОВ

(01) УЭкС, 1/2005
(02) УЭкС, 2/2005
(03) УЭкС, 3/2005
(04) УЭкС, 4/2005
(05) УЭкС, 1/2006
(06) УЭкС, 2/2006
(07) УЭкС, 3/2006
(08) УЭкС, 4/2006
(09) УЭкС, 1/2007
(10) УЭкС, 2/2007
(11) УЭкС, 3/2007
(12) УЭкС, 4/2007
(13) УЭкС, 1/2008
(14) УЭкС, 2/2008
(15) УЭкС, 3/2008
(16) УЭкС, 4/2008
(17) УЭкС, 1/2009
(18) УЭкС, 2/2009
(19) УЭкС, 3/2009
(20) УЭкС, 4/2009
(21) УЭкС, 1/2010
(22) УЭкС, 2/2010
(23) УЭкС, 3/2010
(24) УЭкС, 4/2010
(25) УЭкС, 1/2011
(26) УЭкС, 2/2011
(27) УЭкС, 3/2011
(28) УЭкС, 4/2011
(29) УЭкС, 5/2011
(30) УЭкС, 6/2011
(31) УЭкС, 7/2011
(32) УЭкС, 8/2011
(33) УЭкС, 9/2011
(34) УЭкС, 10/2011
(35) УЭкС, 11/2011
(36) УЭкС, 12/2011
(37) УЭкС, 1/2012
(38) УЭкС, 2/2012
(39) УЭкС, 3/2012
(40) УЭкС, 4/2012
(41) УЭкС, 5/2012
(42) УЭкС, 6/2012
(43) УЭкС, 7/2012
(44) УЭкС, 8/2012
(45) УЭкС, 9/2012
(46) УЭкС, 10/2012
(47) УЭкС, 11/2012
(48) УЭкС, 12/2012
(49) УЭкС, 1/2013
(50) УЭкС, 2/2013
(51) УЭкС, 3/2013
(52) УЭкС, 4/2013
(53) УЭкС, 5/2013
(54) УЭкС, 6/2013
(55) УЭкС, 7/2013
(56) УЭкС, 8/2013
(57) УЭкС, 9/2013
(58) УЭкС, 10/2013
(59) УЭкС, 11/2013
(60) УЭкС, 12/2013
(61) УЭкС, 1/2014
(62) УЭкС, 2/2014
(63) УЭкС, 3/2014
(64) УЭкС, 4/2014
(65) УЭкС, 5/2014
(66) УЭкС, 6/2014
(67) УЭкС, 7/2014
(68) УЭкС, 8/2014
(69) УЭкС, 9/2014
(70) УЭкС, 10/2014
(71) УЭкС, 11/2014
(72) УЭкС, 12/2014
(73) УЭкС, 1/2015
(74) УЭкС, 2/2015
(75) УЭкС, 3/2015
(76) УЭкС, 4/2015
(77) УЭкС, 5/2015
(78) УЭкС, 6/2015
(79) УЭкС, 7/2015
(80) УЭкС, 8/2015
(81) УЭкС, 9/2015
(82) УЭкС, 10/2015
(83) УЭкС, 11/2015
(84) УЭкС, 11(2)/2015
(85) УЭкС,3/2016
(86) УЭкС, 4/2016
(87) УЭкС, 5/2016
(88) УЭкС, 6/2016
(89) УЭкС, 7/2016
(90) УЭкС, 8/2016
(91) УЭкС, 9/2016
(92) УЭкС, 10/2016
(93) УЭкС, 11/2016
(94) УЭкС, 12/2016
(95) УЭкС, 1/2017
(96) УЭкС, 2/2017
(97) УЭкС, 3/2017
(98) УЭкС, 4/2017
(99) УЭкС, 5/2017
(100) УЭкС, 6/2017
(101) УЭкС, 7/2017
(102) УЭкС, 8/2017
(103) УЭкС, 9/2017
(104) УЭкС, 10/2017
(105) УЭкС, 11/2017
(106) УЭкС, 12/2017
(107) УЭкС, 1/2018
(108) УЭкС, 2/2018
(109) УЭкС, 3/2018
(110) УЭкС, 4/2018
(111) УЭкС, 5/2018
(112) УЭкС, 6/2018
(113) УЭкС, 7/2018
(114) УЭкС, 8/2018
(115) УЭкС, 9/2018
(116) УЭкС, 10/2018
(117) УЭкС, 11/2018
(118) УЭкС, 12/2018
(119) УЭкС, 1/2019
(120) УЭкС, 2/2019
(03) УЭкС, 3/2019
(04) УЭкС, 4/2019
(05) УЭкС, 5/2019

 Федеральная служба по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций

№ регистрации СМИ ЭЛ №ФС77-35217 от 06.02.2009 г.       ISSN: 1999-4516